История одной двери
дверь с росписью, купленная у черного маклера, дала начало коллекции и стала основой проекта для факультета моды и дизайна ВШЭ г. Москва
История одной двери
дверь с росписью, купленная у черного маклера, дала начало коллекции и стала основой проекта для факультета моды и дизайна ВШЭ г. Москва
Дверь купили у черного маклера, где-то в Заринском районе.
Эти люди ездят по отдаленным деревням и за небольшие деньги скупают у жителей прялки с росписью, резные ставни. Нередко сами жители не осознают ценности этих вещей, сжигают их, отвозят на свалку, как пришедшие в негодность.
Три месяца ушло у мастера на реставрацию.

Оказалось, что внешняя сторона двери была плотно перекрыта дешевыми советскими скипидарными красками.
Обратная сторона сохранила рисунок, но роспись поверх была закрашена грубыми мазками. Пришлось снять шесть слоев, чтобы до нее добраться.
В конце 19 -го, начале 20-го века дома расписывали масляными красками, на основе олифы с добавлением пигментов. Это позволило смело снимать верхние слои растворителем, не боясь повредить оригинал.

После расчистки — кропотливая работа по восстановлению техники мазка, подбору цвета. Много часов работы и много раздумий над тем кто расписал, для кого заказали и зачем закрасили роспись? Дверь как рассказ истории нашей земли, который нам обязательно надо научиться читать.
Три месяца ушло у мастера на реставрацию.

Оказалось, что внешняя сторона двери была плотно перекрыта дешевыми советскими скипидарными красками.
Обратная сторона сохранила рисунок, но роспись поверх была закрашена грубыми мазками. Пришлось снять шесть слоев, чтобы до нее добраться.
В конце 19 -го, начале 20-го века дома расписывали масляными красками, на основе олифы с добавлением пигментов. Это позволило смело снимать верхние слои растворителем, не боясь повредить оригинал.

После расчистки — кропотливая работа по восстановлению техники мазка, подбору цвета. Много часов работы и много раздумий над тем кто расписал, для кого заказали и зачем закрасили роспись. Дверь как рассказ истории нашей земли, который нам обязательно надо научиться читать.

"Это редкая роспись для алтайской глубинки 19 века. Роспись по белому, дорогие пигменты, умелое исполнение — такое мог себе позволить только очень богатый человек в деревне.
Алтайское Причумышье, а позже, в советское время, Заринский и Кытмановский районы — территория зажиточного крестьянства. Территория поселений старообрядцев. Большие семьи, крепкое хозяйство, достаток. Возможно, эта дверь была расписана для комнаты дочери хозяина дома. Роспись очень женственная, светлая, праздничная, юная.

После революции волна коллективизации и раскулачивания.
Безопаснее было плотно закрасить внешнюю сторону двери, спрятать рисунок. Роспись - признак статуса и достатка дома, могла навлечь беду"

Е. Леонтьева - народный мастер Алтайского края
"Это редкая роспись для алтайской глубинки 19 века. Роспись по белому, дорогие пигменты, умелое исполнение — такое мог себе позволить только очень богатый человек.

Алтайское Причумышье, а позже, в советское время, Заринский и Кытмановский районы — территория зажиточного крестьянства. Территория поселений старообрядцев. Большие семьи, крепкое хозяйство, достаток. Возможно, эта дверь была расписана для комнаты дочери хозяина дома. Роспись очень женственная, светлая, праздничная, юная.

После революции волна коллективизации и раскулачивания. Безопаснее было плотно закрасить внешнюю сторону двери, спрятать рисунок. Роспись - признак статуса и достатка дома, могла навлечь беду"

Е. Леонтьева - народный мастер Алтайского края
По мотивам росписи двери создана Кытмановская коллекция посуды, текстиля и украшений
Через сто с лишним лет с момента своего появления, в августе 2018 года дверь стала основой вступительного проекта на факультет Моды и дизайна ВШЭ г. Москва.
Изысканная, редкая и необычайно гармоничная роспись, переосмысленная мастером в коллекции бижутерии, нашла свое продолжение в эскизах одежды